Поиск

Социальный статус
Страница 3

Бросьте несколько куриц в один вольер, и через некоторое время, после суматохи и драк, наши герои успокоятся. Различные споры (скажем, по поводу еды) будут теперь кратки и убедительны — одна курица просто клюёт другую, сразу получая уступку. Эти уступки формируют систему. Перед нами — простая линейная иерархия, где каждая курица знает свое место. Курица А безнаказанно клюёт B, B клюёт C и так далее. Норвежский биолог Торлейф Шжелдеруп описал эту систему в 1920-ых и назвал её "порядком клевания". (Шжелдеруп в безумии политически ангажированной сверхэкстраполяции также написал: "Деспотизм — это базовая идея мира, неразрывно связанная со всей жизнью и существованием… Нет ничего, над чем бы не было деспота". Неудивительно поэтому, что антропологи так долго уклонялись от эволюционной оценки социальной иерархии).

Порядок клевания не произволен. Курица B обычно наносила поражение C в предшествующих конфликтах, а А в тех же конфликтах обычно побеждала B. Так что, в конце концов, не такая уж это сложная проблема — объяснить появление социальной иерархии. Это просто индивидуальный итог отстаивания интересов каждого. Каждая курица уступает курицам, которые, скорее всего, так и так выиграют, и не тратит силы на сражение.

Если вы много занимались курами, то можете усомниться в их способности к таким сложным размышлениям, как: "Курица А побьёт меня так и так, зачем мне нужно напрягаться в борьбе?". Ваше сомнение правомерно. Но порядок клевания — это другой случай; здесь «размышление» было сделано естественным отбором и не должно выполняться организмом. Организм должен быть способен сообщить соседям свои опасения и чувствовать здоровое опасение тех, кто ожесточил его, и это не должно требовать логических рассуждений. Гены, одаривающие курицу этим селективным страхом и тем самым сокращающие время и силы на бесполезный и дорогостоящий бой, должны процветать.

Как только такие гены возникают в популяции, иерархия становится частью социальной архитектуры. Общество может выглядеть и в самом деле так, словно оно разработано кем-то, ценящим порядок более свободы. Но это вовсе не значит, что так оно и было. Как выразился Джордж Вильямс в "Адаптации и естественном отборе", иерархия подчинения и господства, наблюдающаяся у волков, а также у самых разнообразных видов позвоночных и членистоногих, — не функциональная организация. Это — статистическая последовательность компромиссов, сделанных каждым индивидуумом в его соперничестве за продовольствие, партнёров и прочие ресурсы. Каждый компромисс адаптивен, но не статистический итог".

Это не единственное мыслимое объяснение возникновения иерархии, обходящее ловушку группового отбора. Другое основано на концепции Джона Мейнарда Смита, как эволюционно-стабильное состояние, конкретно, на его анализе гипотетического вида птиц «ястребоголубей». Вообразите господство и подчинение, как две генетически заданных стратегии, причём успех каждой зависит от их относительной частоты. Быть доминантом (например, запугивая всех субмиссивных вокруг с требованием отдачи вам половины их пищи) прекрасно, пока субмиссивов вокруг достаточно. Но по мере увеличения числа доминантов эта стратегия становится менее плодотворной: количество субмиссивов, которых можно эксплуатировать, становится всё меньше и меньше, зато доминанты сталкиваются друг с другом всё чаще и чаще, тратя силы на дорогостоящую стычку. Стало быть, стратегия покорности может процветать; отдавая часть еды, покорное животное избегает борьбы с доминантами, которая обходится дороже. Теоретически в популяции должен наблюдаться баланс с установившимся соотношением доминантов и субмиссивов. Как и всякое эволюционно-стабильное состояние (вспомним синежаберников, которых мы рассматривали в главе 3), это такая точка равновесия, в которой каждая из сторон имеет равный репродуктивный успех.

Существует вид, для которого это объяснение вполне исчерпывающе. У воробьев Харриса более темные птицы — агрессивные и доминирующие, а более светлые — более пассивные и покорные. Мейнард Смит нашёл косвенное доказательство, что эти две стратегии одинаково адаптивны — признак эволюционно-стабильного состояния. Но когда мы переходим к нашему виду (а для нашего вида аналогичным образом характерна иерархичность), такое объяснение социальной иерархии сталкивается с проблемами. Наиболее сложная из них состоит в том, что во многих обществах — Аче, Ака и многих других, и также у многих других видов — низкий статус влечёт низкий репродуктивный успех. А это не есть признак эволюционно-стабильного баланса стратегий. Это — отличительный признак животных низкого статуса, пытающихся из двух зол выбрать меньшее.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Смотрите также

Борьба с экологическими загрязнениями
...

Последняя глава. — Необыкновенное происхождение Олгоя-Хорхоя
«Звонкий грохот над головой заставил нас вздрогнуть. Это радист стучал в крышу кабины. Наклонившись к окну, он старался перекричать шум мотора. Рукой он показывал направо. — Что там у них? — с до ...

От автора
Эта книга о путях развития интеллектуальных способностей животных нашей планеты от самых примитивных одноклеточных организмов до высших человекообразных обезьян. Она предназначена всем, кого интер ...